Епископ Михаил (Постников)

36Михаил ПостниковЕпископ Михаил (в миру Михаил Степанович Постников, 30 сентября 1878 – не ранее 1952) – управляющий Пензенской епархией в 1944-1947 гг.

Родился 30 сентября 1878 года. В 1900 году окончил Воронежскую духовную семинарию, затем прослушал два курса Томского университета по медицинскому факультету и перешел в Ярославский (Демидовский) лицей, который окончил в 1904 году с присвоением степени кандидата прав.

В 1911 году окончил Московский университет по историко-филологическому факультету с присвоением ученой степени магистр исторических наук. Полное образование закончил за границей. Вдов. Пострижен в рясофор.

До 1920 года служил в системе Министерств, а затем Наркомата Народного Просвещения.

С 1920 года священник Казанской церкви с. Усмани, Воронежской епархии.

В 1922 году уклонился в обновленческий раскол и назначен уполномоченным ВЦУ по Воронежской епархии в сане протоиерея.

13 октября 1922 года хиротонисан обновленческими архиереями во епископа Вольского, викария Саратовской епархии.
С декабря 1924 года – временно управляющий Псковской епархией.

С 20 февраля 1925 года – управляющией Велико-Устюжской епархией.

10 марта 1925 года назначен правящим епископом Уральской епархии с присоединением к последней Вольского викариатства.

14 мая 1927 года возведен в сан архиепископа в честь 5-летнего юбилея обновленчества.

В 1928 году – архиепископ Касимовский, викарий Рязанской епархии.

В 1929 году – архиепископ Рязанский.

В 1930 году формально уволен за штат.

С 27 ноября 1931 года – архиепископ Калининский.

26 декабря того же года уволен на покой.

В 1942 году – юрисконсульт Московского Епархиального Управления.

В октябре 1943 года он обратился к Святейшему Патриарху Сергию с покаянной докладной запиской, на которой была положена резолюция следующего содержания: «К сожалению, докладная записка просителя не обнаруживает достаточной серьезности в понимании просителем своего канонического проступка, а потому и покаяние просителя недостаточно. Он уходит от обновленцев лишь только потому, что многие из них оказываются небезупречными в своем поведении. Но Апостол советует смотреть больше за собой и не судить чужого раба: он пред своим Господом стоит или падает. Восстанет же, силен бо Господь воставити его (Гим. 14, 4). Основной грех обновленчества не в том, что не всего его представители оказались безупречными в жизни, а в том, что обновленчество, как корпорация или, выражаясь языком канонов, как самочинное сборище, откололось от святой Церкви «и иный алтарь водрузило» (св. Ап. Прав. 31). И не только водрузило алтарь для себя, но и всячески воевало против св. Церкви, стараясь отторгнуть за собой церковных овец. Это – грех, который не омывается, по учению святых отцов, даже мученической кровью. Между тем проситель (допустим, по некоторому неразумению) пребывал в этом сборище чуть ли не двадцать лет, находясь с обновленцами в евхаристическом общении.

Характерно, что в докладной записке об этом умалчивается, а со слов просителя мы знаем, что даже в Пасху этого года он причащался у обновленцев. Да и теперь нельзя с уверенностью утверждать, что с обновленчеством у просителя уже все порвано. Обновленческое начальство наградило просителя (конечно, за заслуги пред своим сборищем, а не пред Церковью) саном архиепископа, и проситель не стесняется носить этот сан и в настоящее время. По общепринятому порядку, награды, полученные во враждебном лагере, не носятся служителями Церкви. Например, обновленческий митрополит Ювеналий Машковский, вступая в общение с Церковью, сам заявил, что ему неудобно сохранять теперь за собой митрополитство, и с тех пор именовал себя просто епископом. Пусть пример епископа Ювеналия будет предметом подражания и для просителя.

Ознакомившись с этой моей резолюцией, проситель может усмотреть, в чем должен он покаяться, чтобы просить себе общения со Святой Православной Церковью».

Учитывая все сказанное в резолюции, он 5 ноября 1943 года принес покаяние. После этого принят в общение с Московской Патриархией в сущем сане епископа, но оставлен на покое.

12 февраля 1944 года назначен епископом Архангельским, но от назначения отказался и остался на покое.
В июле 1944 года назначен епископом Пензенским и Саранским.

27 января 1947 года – епископ Ивановский и Шуйский. В этом же году 19 июня уволен на покой.
25 июня 1947 года арестован в Иваново.

Особым совещанием при МГБ СССР приговорен к пяти годам заключения. Срок заключения отбыл полностью. Дальнейшая судьба неизвестна.

В Пензе рассказывают, что еп. Михаил имел прекрасный голос и очень выразительно читал, особенно акафисты, так что некоторые приходили в собор специально для того, чтобы послушать его. Возможно, что в этом чтении было нечто артистическое, театральное; восторженные отзывы о нем давали именно такие люди, которые приходили только слушать, а более религиозные отзывались сдержаннее. Они оттеняли заслуги еп. Михаила в хозяйственном отношении – его заботами в соборе устроено паровое отопление, проведен основательный ремонт и т.д.

Еще одно дополнение к характеристике еп. Михаила идет от человека, совершенно чуждого Церкви, еврея, руководителя одной из городских организаций. Во время войны и вскоре после нее эта организация, также как и другие, оказывала материальную помощь нуждающимся семьям фронтовиков. Подшефных семей было много, а средств для этого мало, и вот один из членов комиссии по оказанию помощи надумал обратиться в собор и попросить там дополнительную сумму для этой цели. Епископ Михаил тотчас же откликнулся на эту просьбу и выдал 10000 рублей, причем представителей организации удивил не только размер этой помощи, они обратили внимание на то, что еп. Михаил выдал ее без всякого оформления и спросили, не нужно ли ему для отчета составить какой-нибудь документ. Он ответил: «Я отчитываюсь только перед Господом Богом». Эта фраза произвела такое впечатление на присутствующих, что они вспоминали его много лет.