Братство православных христиан против «Путятинской смуты»: секрет успеха священномученика Иоанна (Поммера)
![](https://xn----7sbbracknn1actjpi5e2ih.xn--p1ai/wp-content/uploads/2016/08/Pommer1-271x400.jpg)
![](https://xn----7sbbracknn1actjpi5e2ih.xn--p1ai/wp-content/uploads/2016/08/Pommer1-271x400.jpg)
17 июля 2016 г. исполнилось 15 лет со дня прославления священномученика Иоанна (Поммера), архиепископа Рижского, управлявшего Пензенской епархией в 1918-1921 гг., в лике святых. И именно в эти дни хочется вновь обратиться к его бесценному опыту управления кораблем Пензенской Церкви в то нелегкое время испытаний.
1918 год для Пензенской земли стал поистине трагическим. Здесь началась братоубийственная гражданская война – так называемым «восстанием белочехов», прорывавшихся через Центральную Россию в Сибирь. И именно в этом году Пензенскую Церковь потрясла страшная трагедия – «Путятинская смута» – церковный раскол, поддержанный советской властью и затем использованный в масштабах всей Русской Православной Церкви. Пенза потеряла себя, была духовно сломлена и пребывала в растерянности.
Но Господь Своей рукой направил на спасение церковного корабля одного из лучших иерархов Церкви Русской – епископа Иоанна (Поммера). И ход истории, судьба Пензенской Церкви и верующих изменились навсегда.
Пензенская паства за каких-то три года смогла из разрозненной, растерянной и духовно покинутой стать единым целым, поистине одной крепкой церковной семьей во главе со своим пастырем – епископом Иоанном. Земля же пензенская просияла затем сонмом Новомучеников и исповедников, благодаря подвигу которых живет и наша современная Церковь, то есть все мы.
В чем же секрет победы священномученика Иоанна в Пензе над расколом? Постараемся побыть соучастником тех переломных дней…
Согласно Декрету об отделении Церкви от государства, 9 марта 1918 г. Пензенский епархиальный совет и духовная консистория, как и другие епархиальные органы, объявлялись упраздненными. Пензенская епархия во главе с вновь прибывшим в конце апреля 1918 г. епископом Иоанном (Поммером) встала перед необходимостью создания новых органов управления и их регистрации в коллегии по отделению Церкви от государства. Однако процесс создания новых структур управления осложнялся той внутрицерковной обстановкой, которая сложилась благодаря раскольнической деятельности изверженного из сана бывшего архиепископа Владимира (Путяты). Провозглашенная им «Свободная народная церковь» была создана исключительно с целью удержания им церковной власти и поставлена в оппозицию легитимной и канонической Русской Православной Церкви.
Основной причиной появления на Пензенской земле «Путятинской смуты» – пензенского обновленчества – стали проблемы пензенского духовенства и духовный кризис общества в целом накануне революции. Путята был авантюристом в рясе, изверженным из сана бывшим пензенским архиепископом. Прикрываясь революционными лозунгами, он пытался удержать свою власть правящего архиерея. В условиях прихода к власти большевиков в 1917 г. Путята, ранее отстраненный от управления епархией за аморальное поведение, объявил о создании «новой свободной народной церкви». За короткий промежуток времени 1918 г. благодаря поддержке советской власти раскольники захватили несколько центральных храмов г. Пензы, включая «сердце города» – Спасский кафедральный собор. «Путятинцами» была создана параллельная структура епархиального управления – «Христианский союз», успешно прошедшая регистрацию в органах юстиции и начавшая активную борьбу против каноничной Церкви и епископа Иоанна.
Важным моментом в этом противостоянии стало создание владыкой Иоанном совершенно новой структуры управления Пензенской епархией, спасшей ее от уничтожения. Препятствия со стороны советской власти в признании каноничной церковной власти в лице епископа Иоанна и епархиальных структур были ожидаемы и объяснимы. Существование организационно сильной и поддерживаемой большинством верующего населения епархиальной власти шло вразрез с целями и задачами Советского государства.
Так, в апреле 1918 г. духовенство во главе с епископом Иоанном делает попытку пройти процедуру регистрации органов епархиальной власти – епархиального Управления – путем подачи ходатайства о регистрации и проекта Устава на утверждение комиссару по отделению Церкви от государства [3]. Однако комиссариат по отделению Церкви от государства отреагировал на данное заявление однозначно, направив его и Устав в следственную комиссию: «На отношение от 22 ноября за № 1334, возвращая обратно устав бывшего епархиального управления, отдел сообщает, что подлинное заявление упомянутого управления о регистрации его за подписью епископа Иоанна препровождены в следственную комиссию 20 августа за № 650 и 9 октября за № 799. При этом сообщается, что отдел по отделению Церкви от государства устав бывшего епархиального управления не рассматривал и ответа ему не давал» [4].
Таким образом, своим отказом в регистрации каноничных епархиальных органов управления во главе с назначенным Патриархом Тихоном епископом Иоанном, а также позднее арестом его членов, комиссариат по отделению Церкви от государства фактически и юридически поставил всю систему управления епархией вне закона.
В условиях отсутствия перспектив в легитимации церковных структур управления в качестве юридического лица, Патриарх Тихон призвал пастырей «идти навстречу добрым начинаниям верующих, направленным к защите Церкви» и «в тяжкую годину гонений ободрять, укреплять и объединять их». Мирянам предлагалось «при всех приходских и бесприходных церквах организовывать союзы, которые должны защищать святыни и церковное достояние от посягательств». Эти союзы должны были иметь «просветительские и благотворительные задачи, но не должны называться церковными или религиозными, так как религиозные общества лишены новым декретом прав юридического лица». В крайнем случае, союзы могли «заявить себя собственниками церковного имущества, чтобы спасти его от отобрания в руки неправославных или даже иноверцев» [1. С. 223].
Возникновению крепкого объединения приходских общин способствовала сама обстановка раскола, сложившаяся в Пензенской епархии к началу революционных событий. Так, уже 1 апреля 1918 г. состоялось собрание в Покровской церкви г. Пензы, где было решено не признавать раскольнического управления Путяты и отстаивать храм от захвата до конца.
Эффективное развитие это начинание получило после приезда епископа Иоанна, явившегося идейным и духовным его центром. Следуя общецерковной тенденции создания таковых союзов, в условиях полного отрицания каноничных епархиальных органов управления, 25 апреля (8 мая) 1918 г. на первом собрании церковно-приходских советов г. Пензы под председательством епископа Иоанна Поммера проводится организационное собрание в стенах Михайло-Архангельской церкви г. Пензы с целью создания религиозной общины – Братства православных христиан, состоящей из членов приходов всех церквей города. Целью деятельности Братства являлось «объединение приходов, сплоченность в защите веры и церкви».
Во главе общины стоял совет из 12-ти членов и правление Братства из шести членов. Ведение всех дел принадлежало совету, правление являлось исполнительным органом. Согласно протоколу допроса от 13 сентября 1918 г., губернской следственной комиссии Пензенского ревтрибунала по делу о незаконной деятельности Братства, председателем указанной структуры был избран Голев Дмитрий Васильевич. Из его показаний следует также, что Устав религиозной общины был утвержден комиссаром по отделению Церкви от государства и зарегистрирован 1 августа 1918 г. коллегией внутренних дел [5].
Очень важно, что союз был образован из представителей приходских общин, которые активно отстаивали каноническую чистоту Церкви. То есть почва к объединению уже была готова. Причем, если проанализировать состав актива, то к приезду будущего священномученика Иоанна многие из них не носили священного сана – Александр Беляев (будущий священномученик Августин) – был членом приходского совета Рождественской церкви, Николай Иванов, автор «Истории Путятинской смуты», – Покровской церкви, Николай и Михаил Пульхритудовы, еще мальчики 17-18 лет, – Боголюбской церкви. Таким образом, широким участием мирян выводилось (хотя бы частично) из-под удара активное духовенство города.
Данная структура в условиях полной изоляции государством епархиальных структур была вполне эффективна и жизнеспособна. Появлялась ограниченная возможность посредством собрания представителей всех православных общин координировать жизнь епархии, а также входить в официальные сношения с властями. В архивных источниках сохранилось множество документов с ходатайствами Братства об освобождении из-под ареста священнослужителей, в том числе и самого священномученика Иоанна [8. С. 67].
Так, 4 декабря 1919 г. совет «Братства православных христиан» Пензенской епархии [9], направил в СНК РСФСР заявление, из которого явствовало, что арестованный епископ Иоанн 30 ноября из Пензы увезен и ему «никаких обвинений не предъявлено». «Настоящим мы ходатайствуем о скорейшем рассмотрении дела епископа Иоанна об освобождении его и возвращении к месту его служения в г. Пензу, где владыка пользуется любовью и уважением большинства рабочего класса и жителей…».
Чуть позднее, 26 ноября (9 декабря) 1919 г., с разрешения гражданских властей в помещении Николаевской церкви состоялось общее собрание церковноприходских советов православных общин Пензы. Принятая на нем резолюция ярко характеризует, что Братством уже четко выработана позиция относительно «путятинского движения» и общая стратегия противодействия: «Ввиду явного стремления отлученного от Церкви бывш[его] архиепископа Владимира Путяты самочинно объявить себя епархиальным епископом и стать в качестве духовного руководителя в обновленной, свободной Пензенской Церкви… общее собрание приходских Советов 13-ти… церковных общин единогласно постановило: 1. На основании канонических правил и по долгу совести не признавать Путяту Пензенским епархиальным архиереем. 2. Считать не соответствующим действительности приписываемые ему титул «народом избранного епископа», так как он признается всего лишь тремя городскими общинами из всех 16-ти. 3. Считать не допустимым передачу ему епархиального управления. 4. Не допускать его в зарегистрированные за нашими общинами храмы. 5. Считать всякую попытку его при помощи своих приверженцев захватить насильно наши храмы религиозной травлей. 6. Протестовать против инквизиторского, незаконного и недостойного честного человека метода Путяты, который, стараясь поставить себя епископом не признающих его общин, прибегает к устрашению христиан поставлением непризнания его прав епископа, равносильным непризнанию народной власти. 7. Запросить Пензенский исполком насколько справедливы заявления Путяты в его воззвании, что народная власть дала Путятинскому делу по устройству Церкви «полную, сильную и действенную поддержку», что она «дала и дает нарождающейся народной Церкви (под его главенством) все средства к достижению задач по соединению всех в православную семью». Значит ли это, что не признающие Путяту епископом христианские общины, по их религиозным и моральным соображения, останутся пасынками советской власти? 8. Просить Пензенский исполком, охраняя декрет… о свободе совести оградить наши общины от возможного со стороны Путяты насилия в этой священной области, хотя бы предупреждением ему, что он может простирать власть на те лишь общины, которые признают его права епископа»[11].
Кроме того, Братство в 1920 г. активно включилось в процесс перерегистрации храмов в Пензе, благодаря его участию каноничная Церковь Пензенской епархии смогла удержать и сохранить в своей юрисдикции практически все храмы. Подачей заявлений для заключения договора пользования от лица общины союз на местах смог оперативно сформировать необходимое число людей, преданных Церкви, и получить в пользование храм. Путятинцы таким образом не смогли использовать юридическую возможность произвести захват храмов благодаря оперативной деятельности союза.
Однако короткую жизнь молодому эффективному структурному образованию Пензенской епархии (так же, как и епархиальному управлению) обеспечила не только общая политика местных властей, но и активная подрывная деятельность обновленцев. ГубЧК уже в декабре 1918 г. обратила пристальное внимание на организационную структуру Братства: «Советы Братства православных христиан составляют особую организацию и не имеют в своем распоряжении ни церквей, ни церковного имущества, хотя в число их членов и входят некоторые прихожане той или иной церкви, тогда как общины при православных церквах г. Пензы заведывают каждая своей церковью и ее имуществом» [2]. Однако пока власти заняли выжидательную позицию, собирая материалы и ожидая действий обновленцев.
Путятинцы не замедлили отреагировать на эту новую и опасную для них структуру, начались усиленные доносы во все властные органы Пензенской губернии. Так, 14 декабря 1918 г. «Пензенским епархиальным архиереем» (т. е. Путятой) в отдел управления Пензенского губисполкома, в Пензенскую губЧК и в управление Пензенской городской милиции были направлены заявления следующего содержания: «…прошу не допускать никаких собраний черносотенного духовенства, противодействующего солидарной рабоче-крестьянскому правительству Народной Церкви, в подведомственных нам церквах и церковных помещениях как во всем г. Пензе, так и в Пензенской губернии, без нашего ведома и разрешения. В частности, недопустимы собрания, лекции, сообщения, устраиваемые т. н. Братством православных христиан… на основании преподанных центром указаний о всемерной поддержке советскими властями на местах всех начинаний нарождающейся Народной Церкви и об устранении чинимых ей представителями духовной бюрократии препятствий всеми средствами включительно до ареста противодействующих, Пензенское епархиальное управление по настоянию народа просит безотлагательно принять соответствующие и решительные меры к недопущению лекций, назначенных вышеупомянутым религиозно-монархическим братством» [2].
Власти не заставили себя долго ждать, этим вопросом занялся сам председатель Пензенской губЧК Аустрин, пензенские чекисты арестовали 14 человек: священников городских церквей – Боголюбской (Николая Пульхритудова), Введенской (протоиерея Андрея Кипарисова); Рождественской (протоиерея Владимира Лентовского), Петропавловской (протоиерея Матвея Архангельского и священника Григория Феликсова), Покровской (протоиерея Михаила Венценосцева, священника Николая Касаткина и протодиакона Василия Смирнова), Богоявленской (священника Константина Уранова), а также членов «Пензенского братства православных христиан»: председателя В.А. Нелюбина, бывшего частного поверенного, а с 1917 г. заведующего канцелярией Пензенского отдела продпути; секретаря совета братства С.Н. Арапову; К.С. Де-Бове, заведующего центральным потребительским обществом; Ф.П. Голышева, агента Московской закупочной сельхозкооперации и В.В. Яковлева, заведующего культурной секцией губсовхоза). Все арестованные оставались под следствием до 26 мая 1920 г., после чего постановлением Пензенской губЧК они были осуждены «как участники контрреволюционной организации Пензенское братство православных христиан» [12]. Большинство приговорили к заключению в лагеря. Нелюбину, Араповой, Де-Бове, священнику Пульхритудову и протоиерею Венценосцеву дали по 2 года с учетом срока предварительного заключения, священнику Касаткину и протоиерею Кипарисову – по 1 году. Голышева и Яковлева, а также священнослужителей Феликсова, Уранова и Смирнова осудили на полгода. Протоиерея Архангельского по болезни из-под стражи освободили с условием отмечаться 2 раза в неделю в определенном ему месте. Протоиерея Лентовского сначала хотели выслать из губернии, но затем в связи с болезнью оставили под надзором в Пензе [13].
Таким образом, Братство православных христиан, единственное структурное образование каноничной власти в Пензенской епархии, которое могло организационно возродить управление епархией, к концу 1919 г. было запрещено. Не нужно забывать, что его члены были наиболее активными участниками приходских советов во главе с настоятелями [7. С. 221]. Их арестом вновь был нанесен ощутимый удар по каноничной Церкви в Пензе.
На данном этапе сохранение каноничного епархиального управления в условиях его отрицания советской властью стало возможным только благодаря самоотверженной деятельности епископа Иоанна, сосредоточившего в своих руках всю полноту церковной власти.
Несмотря на недолгое существование нового структурного образования, опыт организации Братства православных христиан открыл для Пензенской епархии пути адаптации к новым условиям советской действительности.
Союз православных приходов смог решить сразу несколько задач по сохранению структурного единства Пензенской епархии:
1. Был сохранен приход как основная структурная единица – ядро Церкви. Благодаря участию членов Братства в процедуре перерегистрации церквей в 1920 г. каноничная Церковь Пензенской епархии смогла удержать и сохранить в своей юрисдикции практически все храмы. Подачей заявлений для заключения договора пользования от лица общины союз на местах смог оперативно сформировать необходимое число людей, преданных Церкви, и получить в пользование храм.
2. Было сохранено, хоть и не на долгий срок, управление Пензенской епархией посредством регистрации Союза православных христиан как юридического лица. В условиях запрета регистрации каноничных органов управления епархией как части церковной структуры, Братство смогло стать альтернативой и выполнять функции и епархиального Управления, и канцелярии. Причем юридически главой Братства был не епископ Иоанн, а мирянин.
3. Благодаря активной позиции и сплоченности членов Братства, Православная Церковь в Пензе смогла сохраниться в физическом смысле. Благодаря письменным ходатайствам в местные и центральные органы ВЧК, а также и личным приемам в госорганах, были сохранены жизни многим ярким исповедникам веры.
Благодаря Братству была сохранена жизнь епископу Иоанну (Поммеру), который в 1920 г. был направлен Святейшим Патриархом Тихоном на служение в Латвийскую Православную Церковь – для возрождения церковной жизни в Латвии и сохранения церковного единства с Русской Православной Церковью.
Несомненно, оказать достойное противостояние Путяте самоотверженный епископ не смог бы в одиночку: Пензенская земля была богата поистине глубоко верующими, настоящими пастырями, многие из которых стали впоследствии мучениками: Александр Беляев, ближайший помощник епископа Иоанна, впоследствии священномученик Августин; ректор Пензенской духовной семинарии протоиерей Матфей Архангельский; упомянутые ранее Михаил и Николай Пульхритудовы, протоиерей Николай Касаткин, протодиакон Василий Смирнов и многие другие. События в Пензенской епархии 1918-1921 гг. стали той лакмусовой бумажкой, благодаря которой проявились и истинные воины за веру и Церковь, и ее предатели.
Источники
1. Акты Святейшего Патриарха Тихона /Сост. М.Е. Губонин. М., 1994. 1064 с.
2. ГАПО. Ф. Р-2. Оп. 4. Д. 138. Л. 322.
3. ГАРФ. Ф. А-353. Оп. 2. Д. 709. Л. 230.
4. ГАРФ. Ф. А-353. Оп. 2. Д. 709. Л. 247.
5. ГАРФ. Ф. А-353. Оп. 2. Д. 710 а. Л. 19-19 об.
6. ГАРФ. Ф. А-353. Оп. 2. Д. 838. Л. 78.
7. Зелев С.В. Сурская Голгофа. Пензенская епархия в годы гонений (1917–1945 гг.). Пенза, 2008. 150 c.
8. Иванов Н.П. История Путятинской смуты в городе Пензе в период 1917–1922 гг., а затем и вне Пензы в тридцатые годы. Машинопись. Пенза, 1928. 321 с.
9. ЦА ФСБ России. Д. Р-33149. Л. 202-203 об.
10. НИА ГМИР. Ф. 2. Оп. 4. Д. 175. Л. 15.
11. РГИА. Ф. 831. Оп. 1. Д. 49. Л. 200.
12. ЦА ФСБ России. Д. Р-33149. Л. 86-86 об.
13. Дворжанский А.И. История Пензенской епархии. Кн. 1: Исторический очерк. Пенза, 1999. С. 280-281
Автор: к. и. н. Кира Аристова
--
Сокращенная ссылка: https://eparkhiya.ru/?p=89482